Звездные миры Константина Семенова

5 месяцев ago Дарья Гордеева 0

Семёнов Константин Николаевич — художник-живописец. Специализируется на росписи по фарфору, стекле и коже.

Серия работ, посвященная космосу, не оставляет никого равнодушными. Константин воссоздает звездные миры по фотографиям NASA.

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

Как давно Вы занимаетесь своим творчеством? Почему решили этим заняться?Константин Семенов: Рисую я с раннего детства. Мне просто хотелось изображать на бумаге не то, что я вижу, а то, чего я видеть не мог: индейцев, космос, другие планеты. Поэтому я в возрасте десяти лет категорически отказался от приглашения в студию рисования. Писать ученические натюрморты мне тогда категорически не хотелось. Теперь уже с высоты лет и опыта я сам учу учеников начинать именно с работы над натюрмортом. Это самый простой и доступный способ научиться видеть и отображать увиденное. И всё же в той детской студии мне устроили первую выставку моих акварельно-гуашных работ, посвященных космосу.
Однако серьёзно я стал писать маслом, когда учился на последнем курсе истфака МГУ. Тогда же мои работы сразу начали покупать. Это был «мягкий» сюрреализм.

Этим я занимался лет пять, пока в 1994 году меня случайно не пригласили работать в частную фарфоровую мастерскую при МИСиС. Там моим учителем стал народный художник России Б. Калита (музей которого ныне открыт в усадьбе Кусково). Роспись по фарфору в общем-то элитарный вид искусства. Это и традиция, и эксклюзивная сложность исполнения. Мне всегда нравилась полноцветная надглазурная живопись на фарфоре. Я принимаю заказы на разработку и изготовление изделий с корпоративной спецификой:
— корпоративные подарочные тарелки, штофы с логотипом и изображением внешнего вида компании, на которых также художественными образами передаётся её «энергетика»;
— нестандартные изделия из фарфора.
Продукция современно изящно упакована, тарелки и панно комплектуются подставками и подвесками.
 В 2011 году по инициативе частной предпринимательницы Н.Бисеровой стоял у истоков создания Тагильских фарфоровых мастерских (г.Нижний Тагил). Я летал в Нижний Тагил и там обучал местных художниц ремеслу росписи на фарфоре. Сейчас мои бывшие ученицы уже сами набирают себе учеников и руководят производством.

Наверное это любовь?»- роспись по фарфору тагильских мастеров
Новые ученики Константина Семенова

Я продолжаю писать картины маслом. Кроме того, я пишу смешанной техникой масло/акрил по двойному стеклу и по стеклу, наложенному на холст.


В недавнее время я начал расписывать кожаные изделия: одежду, сумки, клатчи и т.д.

Как Вы это делаете? Как происходит сам процесс? Расскажите, пожалуйста, что Вы чувствуете, когда создаете свои изделия?
— Поскольку диапазон моей работы весьма широк, очень по-разному выглядит процесс создания художественных работ.
Работа на холстах очевидна и тривиальна.


Роспись кожи меня привлекает, во-первых, тем, что я испытываю физическое удовольствие от нанесения специальной краски на мягкую и гладкую поверхность кожи – движение мягкой кисти по мягкой эластичной основе. В какие-то моменты мне это напоминает технику татуажа!

 И во-вторых, привлекает спецификой конечного результата. В отличие от статичных произведений на холсте, стекле и фарфоре роспись на изделиях из кожи носится людьми в обычной жизни.

Безумно приятно, когда ты видишь созданные тобой образы в динамике на людях: плащи, платья, куртки, жилетки, сумки и клатчи! В некотором смысле ощущаешь себя кутюрье.

Роспись фарфора имеет также свою специфику. 

Я занимаюсь так называемой надглазурной живописью. Она предусматривает роспись по обоженной глазури. Я расписываю фарфор специальными керамическими красками, затем он подвергается обжигу при температурах от 500 до 800 градусах в специальных печах. В краски, которые существуют в виде порошка, добавляются связующие: это или сахарный раствор, или живичный скипидар, или специальные среды. После этого порошки тщательно растираются, готовятся для работы. Пигменты в сухом виде имеют всегда оттенок отличный от увлажнённого состояния, и в ещё большей степени оттенки красок отличаются после обжига. Поэтому требуется опыт, чтобы предвидеть конечный результат росписи. Особую науку представляет собой процесс смешения керамических красок – он полностью отличается от любых других живописных техник. На изготовление одного фарфорового изделия требуется три-четыре и более обжигов для достижения эффекта полноцветной живописи. При работе используются препараты настоящего золота, серебра и платины.


Живопись на стекле крайне необычна! Я не занимаюсь витражами. Это совершенно иной вид росписи. У меня в творческом багаже есть несколько приёмов.
Первый: роспись масляными и акриловыми красками тыловой и фасадной сторон одного стекла. Достигается элементарный эффект глубины и объёма изображения.
Второй: роспись, когда изображение создаётся путём наложения друг на друга двух-трёх поверхностей стёкол. Здесь можно достичь невероятной (аквариумной) глубины работы. Однако при этом работа сильно утяжеляется.
Третий: использование в качестве бэкграунда не стекла, а картона. Это снижает вес работы. А возникновение при этом воздушной прослойки позволяет использовать акриловую массу для создания объёмных рельефных образов на уровне 3D.

Как у Вас рождаются идеи, может, с этим связаны какие-то интересные жизненные истории?
— Идеи рождаются просто как у всех путём преломления сквозь призму собственной души впечатлений, настроений, состояний и ощущений от реальной жизни. Мне просто хочется создаваемыми мною вещами – холстами, фарфором, стеклом и кожей — делать жизнь людей красивей и радостней! Не стоит в моих работах искать философии! Они просто являются отражением моего восприятия материального и духовного бытия. Просто: чувства, ощущения, впечатления.


В последние годы живопись на холстах и стекле для меня – это микрокосмос бытия и движения атомов, молекул в сочетании с ощущением единения с макрокосмосом чувств. Мне интересно изобразить движение и жизнь через абстрактные образы объёма и цвета. Мне интересно создавать живописные образы, живущие в динамике, каждый день меняющиеся в зависимости от настроений и состояний самого человека, в жизненном пространстве которого мои работы существуют.

Я расскажу историю,  связанную с росписью фарфора, которую написал для нашего сайта семь лет назад.

Зачастую, бытует мнение, что работа художника и труд, например, оператора башенного крана несоизмеримы по физическим нагрузкам. Возможно. Но, держа кисть в руке, я устаю не меньше! Просто по-другому…

Однажды я делал очередной заказ для корпорации Роскосмос. Он был весьма объёмным и в то же время должен был быть выполнен к определённому сроку. Ограничение во времени заставляет работать крайне интенсивно: не успеешь – потеряешь заказ! Но этот заказ был особенным – тема — «близкий и далёкий космос». Только мы эксклюзивно воспроизводим Виды Космоса на фарфоре.

Я с удовольствием приступил к работе. Стоял аномально жаркий август 2010 года. Чтобы уложиться в сроки, приходилось вставать в 5 – 5.30 утра почти вслед за солнцем потому, что из-за жары во второй половине дня работать было невозможно. От сильного задымления порой не было видно не только огромного здания Газпрома, рядом с которым я живу и работаю, но даже соседних двенадцатиэтажек! Я вставал и, почти не видя за окном земного мира, погружался в бесконечный мир космоса. В моём распоряжении было множество фотографий реального космоса, сделанных с помощью мощнейших телескопов и со спутников. С одной стороны стола — у меня палитры с керамическими красками, которым ещё предстояло под воздействием высоких температур стать яркими, с другой – бесконечно разнообразные многоликие пространства… Пространства, полные далёких солнц, разноцветных звёзд, невероятных по разнообразию планет, а также завораживающих, затягивающих взгляд в свои спиралевидные круговороты звёздных скоплений… А между ними передо мной ещё пока белый фарфор.

Однако, мало иметь фото. Специфика данного заказа состояла в подборке и сопряжении нескольких совершенно разных сюжетов и создании общей оригинальной композиции. А это требовало сосредоточения, больше скажу, погружения в конкретные уголки космоса, зафиксированные современной техникой. Встаёшь рано утром. Ещё «не жарко» – под 30 градусов, за окном дымно – всё как сквозь разбавленную сыворотку… Голову под холодную воду, чтоб проснуться и придти в себя в ежечасно усилившейся жаре. И – в космос!

Садясь за рабочий стол и беря в руку кисть, я становился астронавтом, выходящим в открытый космос. Да-да, человеком, не пилотирующим космолёт, а прямо так без скафандра, выходящим в открытое космическое пространство. Каждое утро я, подобно герою фэнтези, открывал для себя новые миры, отдалённые от моей комнаты на многие парсеки, на миллионы световых лет. Новые миры каждый день, поскольку контракт не предусматривал повторов создаваемых космических сюжетов. Минутная стрелка начинала свой бег, отсчитывая часы рабочего дня, и постепенно начинала исчезать мебель в комнате, стены, окно – да более того, — городской пейзаж за окном переставал существовать для меня. Сначала вокруг резко темнело, и тут же тьма расцвечивалась такой феерической палитрой, краски которой невозможно найти даже в экзотических, не говоря уже о привычных земных пейзажах! Если до этой минуты Вы думали, что космос исключительно чёрный, запомните, Вы сильно ошибались. Космос невероятно наполнен Цветом с большой буквы! 

В течение дня я перебирался из центра галактики М31 к её окраинам, от галактики NGC 1097 к галактике NGC 6946, не приближаясь близко ни к одной звезде, дабы не сгореть от жара её протуберанцев. Зато я часто подробно рассматривал поверхности планет Солнечной системы. Выжженного до крайней степени Меркурия, затянутой ядовитыми облаками светлой Венеры, покрытого величайшими каньонами и ледяными шапками Марса, огромного бушующего гигантскими циклонами Юпитера с его знаменитым «пятном на боку», «окольцованного» Сатурна и т.д. Иногда я спускался на загадочные и красивые малые планеты (Европу, Титан, Ганимед…), на некоторых из них учёные ожидают найти жизнь! Но самое интересное, самое красивое – это космические туманности. С земными туманами они не имеют ничего общего. Земной туман – это когда краски, расцвечивающие природу, тускнеют, тают и пропадают вовсе. В космосе — это гигантские газовые облака, расцвеченные всеми мыслимыми и немыслимыми оттенками цветов радужного спектра и, словно драгоценными самоцветами, пронизанные скоплениями миллиардов звёзд. Цвета в космосе будто усиливают свою интенсивность и широту спектра! Феерии туманностей по-настоящему завораживают невероятной красотой и бесконечностью глубин, наполненных чужими солнцами! Вслушайтесь в имена туманностей — Крабовидная туманность, Туманность Золотой рыбы, Туманность Бабочки, Голова призрака, Туманность Ириса, Мистическая гора, Туманность Бумеранга, Кошачий глаз, Близнецы, Туманность Пузырька, Голова лошади, Туманность Лагуны …

Но самое непредсказуемое происходило со мной, когда я выходил из Космоса, тьфу, — простите, из дома — на улицу. Я же за время работы, как все, продолжал ходить в магазин, гулять с собакой, в конце концов, на работу для того, чтобы обжигать в специальных муфельных печах расписанный мною фарфор. Интенсивная и интересная работа вводила меня в состояние лёгкого транса. С лёгким недоумением я смотрел на вполне зелёную траву, серый асфальт, по которому ходят сизари, тополя, людей, передвигавшихся пешком, в автобусах и на метро. И шум листвы, и шумы автобумов, трамваев и даже метро я слышал будто сквозь пелену, будто я из дома выходил в скафандре, защищавшем меня толстым непроницаемым стеклом. Мои движения казались мне достаточно странными, необъяснимо медленными, несмотря на быстрый шаг, задаваемый ритмом работы. Я смотрел на себя как бы немного со стороны, не вполне понимая, каким образом я сейчас здесь, а не там… Там, где мне стало намного привычнее и естественнее – в далёком цветном космосе! Может, Вы видели когда-нибудь хронику высадки американской экспедиции на Луне. Помните, какими странными и нелепыми выглядят движения астронавтов по поверхности спутника Земли? Так вот, такими же мне казались собственные движения, когда я выходил на улицу!

В метро в час пик все тесно стоят друг к другу. Случайно посмотрев стоявшей напротив девушке в её красивые зелёные глаза, я думал не о ней, я вспомнил о невероятных цветовых сочетаниях в Галактике «Зелёные глаза». Вот, я иду из магазина с сумками. На обочине водитель автобуса из пластиковой бутылки поливает водой разогретое от страшной жары огромное колесо. На раскалённой поверхности диска колеса вода с шипеньем вскипала паром! А у меня перед глазами в чёрной звёздной тьме парил светящийся сиренево-голубой обод Галактики «Колесо телеги» со звёздно-ало-жёлтым ложем для оси и изумрудно-малиновыми «спицами»! Нещадно палит солнце, и вдруг коже становится легче, — это большое кучевое облако на какое-то время отделило меня от жгучего августовского светила. «Ну, прямо как туманность «Большое Магелланово облако» — подумал я.

Напряжённый ритм работы поглотил меня настолько, настолько увлекла меня иная космическая реальность, что она в большой степени вытеснила привычную обыденную земную реальность. И лишь, возвратившись домой, переспав ночь, после восхода солнца я возвращался в комфортное теперь уже для меня состояние «астронавта» и вновь выходил в открытый космос!

Посмотрите ночью в московское небо! На нём совсем не стало звёзд, одна, две, три, не более. Жаль! Желаю Вам насладиться неповторимой эстетикой Космоса на фарфоре! Хотя ехидно замечу, что моего августовского опыта художника, избороздившего космические пространства, Вам не испытать!

Куда Вы реализуете свою продукцию обычно? Участвовали ли в каких-то выставках? Получали ли когда-нибудь награды?
— Заказы я получаю от своего арт-директора или по своим каналам. Это и частные коллекционеры, и корпоративные заказы, и подарочные фонды различных организаций. В составе нашей мастерской мои работы отмечены грамотами и дипломами. Так в 2002 году за участие в выставке «Государственные символы России» в МГВЗ «Новый Манеж», проводившейся под эгидой ФГУП Федеральный комплекс «Кремлёвский», наше Объединение было отмечено дипломом за высокий профессионализм. Среди заказчиков — Совет Федерации РФ, Правительство РФ, Газпром, Росвооружение, Роскосмос. Работы пополняют коллекции чиновников высшего и среднего звена, руководителей крупных компаний в Европе, Ближнем и Среднем  Востоке и Азии, а также частные коллекции. В числе прочих Директор НАСА Чарльз Болдуин, президент УЕФА Мишель Платини, президент ФИФА Йозеф Блаттер и др.

Что сейчас в планах?
— Создание больших коллекций живописи, фарфора, стекла и изделий из кожи. Планирую продолжить писать картины в своей абстрактной стилистике.
Планирую сделать новые работы на фарфоре как на любимую космическую тему, так и целую серию абстрактных работ на фарфоровых и керамических пластах в багете.
Планирую качественно усложнить художественные работы (живопись) на стекле. Использовать двойное, тройное стекло для достижение супер объёмного и глубокого эффекта живописи на стекле.
Планирую расширить свои возможности росписи кожи. В том числе в сотрудничестве с модельером женских платьев мечтаю создать линейку женских кожаных ремней и клатчей с оригинальной авторской росписью.

У Вас есть мечта? Какая?
— Есть! Стать не просто известным, но и знаменитым! Иметь серьёзные выставки и серьёзных клиентов во всех сферах моего творчества!

Пожалуйста, продолжите фразу: «Мое творчество для меня – это … 
— Это — способ существования. Это — стиль жизни. Это – выражение себя и своего отношения к миру. Своим творчеством я хочу предложить свой личный взгляд, своё видение реальности. Предпочитаю ориентироваться на великих. Они на то и великие, что создавали свой мир, свой Космос, свои законы творчества. Это – единственный способ, чтобы тебя выделили и запомнили. Для меня это важно. Я амбициозен! Я хочу оставить свой неповторимый след в жизни и искусстве.

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

Укажите, пожалуйста, контакты, где можно приобрести Вашу продукцию.
Адрес магазина: Москва, Ленинский проспект 4
Ссылки на интернет площадки.
http://farfor.misis.ru/
https://constantin-art.jimdo.com/

 

Поделиться:

FacebookVkontakteOdnoklassniki